Энн Кренц
Желание



«Желание»: АСТ, Квест; Москва; 1996
ISBN 0-553-56153-7,5-87394-074-6,5-88196-900-6

Аннотация

Действие романа происходит в жестокие и романтические времена. Прекрасная садовница леди Клара должна выйти замуж, ее цветочному острову — острову Желание нужен лорд и защитник. И он явился! Грозный рыцарь по прозвищу Викмерский Дьявол вручил своей невесте меч, называемый Окно в Преисподнюю. Леди Клара приняла вызов…

Джейн Энн Кренц
Желание

Пролог

— Правда, я не уверен, что хозяйка острова Желание сохранила невинность, — заметил Торстон Ландрийский. — Но в данных обстоятельствах, думаю, тебе лучше закрыть на это глаза.
Гарет бесстрастно взглянул на отца, как будто известие о том, что его будущая невеста, возможно, принадлежала другому, не произвело на него никакого впечатления, — разве что пальцы чуть крепче стиснули кубок с вином.
Что ж, незаконнорожденные отпрыски — те, кому выпала судьба прорубать себе дорогу в жизни мечом, с самого детства привыкают скрывать свои мысли и чувства. Гарет научился это делать столь искусно, что слыл человеком холодным и бездушным, как скала.
— Но она в самом деле богатая наследница? — Гарет умел заставить себя сосредоточиться на главном. — У нее есть земли?
— Да, есть.
— В таком случае, она годится мне в жены, — кивнул Гарет, не скрывая удовлетворения.
Отец прав. Если, конечно, леди не ждет младенца, Гарет готов закрыть глаза на ее честь или бесчестие — лишь бы заполучить собственные земли!
Собственные земли… В этих словах — вся его надежда.
Обрести свой дом… Приют, где он наконец сможет забыть, что он незаконнорожденный, презренный бастард, которого терпят лишь из милости или нуждаясь в силе и искусстве его меча… Гарет всю свою жизнь мечтал о собственном доме, где можно было бы вот так же, как сейчас, сидеть перед мирно горящим очагом.
В конце концов ему уже тридцать один, и такой случай может больше никогда не представиться. Жизнь научила Гарета без колебаний использовать любую даруемую судьбой возможность, и, надо сказать, это правило никогда в прошлом его не подводило.
— Теперь она единственная и полноправная хозяйка острова Желание — Задумчиво глядя на пылающий в камине огонь, Торстон отпил вина из серебряного кубка с богатой чеканкой. — Отец леди, сэр Хамфри, всегда предпочитал путешествия и занятия разнообразными науками скучным заботам о своих владениях. А не так давно пришла печальная весть о кончине благородного лорда где-то в Испании. Кажется, его зарезали разбойники.
— У лорда не было наследника?
— Сын Эдмунд погиб года два назад — сломал себе шею на одном из рыцарских турниров. Поэтому Клара, как законная дочь сэра Хамфри, оказалась единственной его наследницей. Все отцовские земли достались ей.
— А вы, отец, как сеньор сэра Хамфри, стали опекуном этой леди, и она выйдет замуж, повинуясь вашей воле.
Уголки губ Торстона дрогнули.
— Это еще предстоит выяснить.
Гарет понял, что отец с трудом сдерживается, чтобы не расхохотаться.
Сам Гарет предпочитал всегда сохранять сдержанность и спокойствие и не любил пустого веселья. Шутки и остроты, от которых все вокруг надрывали животы, обычно не вызывали у Гарета даже легкой улыбки.
Неизменно бесстрастное непроницаемое выражение лица молодого рыцаря лишь подтверждало его славу не ведающего жалости воина, которому не стоит перечить. Нельзя сказать, что Гарет сознательно стремился к этому. Он не имел ничего против смеха и улыбок, просто сам, в силу своего характера, не был расположен к подобным пустякам.
Вот и сейчас он с легким раздражением ждал, когда Торстон наконец объяснит, что смешного он находит в столь простом и ясном деле.
Гарет молча изучал лицо отца с изящным профилем, освещенным пламенем камина. Торстону было уже пятьдесят пять. Седина посеребрила его густые темные волосы, но до сих пор отец неизменно приковывал к себе восхищенные взоры знатных дам. И притягивало их не только могущество барона — любимца Генриха II Плантагинета. Во все времена женщинам нравились красивые и сильные мужчины.
Слава соблазнителя Торстона, известного своими громкими любовными похождениями — как до, так и после выгодной женитьбы, — была поистине легендарной. Скандальная связь с матерью Гарета — младшей дочерью знатного семейства с юга — стала лишь одной из его бесчисленных побед. Однако Гарет оказался единственным взрослым незаконнорожденным отпрыском любвеобильного барона, — по крайней мере, сам Торстон не знал других. Даже если они когда-то были, то, видимо, умерли в младенчестве.
К своей чести и к плохо скрываемому неудовольствию супруги, барон выполнил свой отцовский долг перед внебрачным сыном. Он сразу признал Гарета.
Все восемь лет, что Гарет прожил вместе с матерью, Торстон был частым гостем в тихом уединенном замке. Но как только Гарету исполнилось восемь — возраст, в котором отпрысков знатных семей начинают обучать тонкостям рыцарского искусства, — мать вдруг объявила о своем намерении удалиться в монастырь.
Разразился страшный скандал. Гарет никогда не забудет, в какую ярость пришел отец. Но мать была непреклонна и в конце концов настояла на своем. Торстон даже выделил ей богатое приданое, так что монастырь был только рад принять в свое лоно столь выгодную послушницу.
Торстон забрал внебрачного сына к себе в Беквордский замок и, надо заметить, за обучением Гарета следил не менее строго и заботливо, чем за успехами законных сыновей и своего наследника Симона.
Жене Торстона, холодной и надменной красавице леди Лорис, пришлось смириться с этим обстоятельством. Но невольно или сознательно — она ничего не сделала для того, чтобы мальчик чувствовал себя в ее доме желанным гостем.
Прекрасно понимая, что он здесь чужой, Гарет тосковал по особой духовной атмосфере материнского дома. Поэтому все свои силы он вкладывал в упражнения с копьем и мечом. Он занимался без устали, хотя душа не находила удовлетворения на долгом и трудном пути к совершенству в рыцарском искусстве.
В свободные минуты юноша искал уединения в тиши библиотеки местного Бенедиктинского монастыря. Он читал и перечитывал все, что давал ему хранитель книг, брат Эндрю.
К семнадцати годам Гарет приобщился к многим наукам. Он с головой погрузился в изучение трактатов по математике и оптике, переведенных Герардом Кремонцем. Затем его увлекла теория великого Аристотеля, выделявшего в вечно существующей материи четыре начала — землю, воздух, воду и огонь. Он восхищался трудами Платона по астрономии, свету и сущности материи.
Но, увы, научные познания и интересы Гарета мало пригодились ему в жизни. Зато умение владеть мечом и повелевать воинами обеспечили главное и довольно выгодное занятие.
Многие могущественные бароны, в том числе и отец самого Гарета, нуждались в надежном защитнике, способном расправиться с разбойниками, опустившимися рыцарями-изменниками — постоянной угрозой отдаленным владениям и замкам.
Охрана и защита владений щедро оплачивались, Гарет же превосходно знал свое дело. Нельзя сказать, чтобы он особенно любил его, но исполнял — благодаря своему таланту воителя — прекрасно. И все же главная мечта его жизни — получить во владение земли — до сих пор не сбылась… Только сеньор Гарета, его отец, мог даровать ему феод и сделать земельным рыцарем.
Четыре дня назад Гарет получил послание Торстона с приказом немедленно явиться в Беквордский замок. И сегодня вечером он узнал, что его заветное желание может быть, исполнено. Для этого нужно только жениться на леди с подпорченной репутацией.
Не такая уж большая плата за то, чего он желает больше всего на свете. Разве жизнь не научила Гарета тому, что за все надо платить?
— И сколько же лет госпоже Желания?
— Надо подумать… По-моему, Кларе сейчас должно быть года двадцать три, — протянул Торстон.
— И она до сих пор не замужем? — удивленно спросил Гарет.
— Я слышал, что Клара никогда особо к этому не стремилась, — пояснил барон. — Такие женщины встречаются, ты же знаешь… Твоя мать, к примеру.
— Насколько я понимаю, моей матери, после того как я был зачат, особо выбирать не приходилось, — заметил сын, прилагая все силы, чтобы голос звучал бесстрастно… Старый, испытанный прием. Гарет прекрасно научился скрывать боль и горечь. — Ей повезло, что нашелся монастырь, согласившийся принять ее.
— А вот тут ты ошибаешься. — Упершись локтями в резные ручки кресла, Торстон опустил подбородок на изящно переплетенные длинные пальцы. — Поверь, с приданым, которое я отписал твоей матери, она могла выбирать любой монастырь, и самые богатые и влиятельные обители соперничали за право получить такую послушницу. — Он криво усмехнулся. — Вот только вряд ли кто-нибудь из них подозревал, что любой дом, принявший эту женщину, сразу же окажется в полной ее власти.
Гарет пожал плечами. Он редко виделся с матерью, но вел постоянную переписку и, конечно же, знал, что Торстон прав. Его мать необыкновенная, сильная женщина… Столь же необыкновенная и сильная, как и его отец.
— А может быть, у леди Клары какой-то физический изъян?
— Мне ни о чем подобном не известно. Последний раз я видел ее ребенком,